Газета основана в апреле
1993 года по благословению
Высокопреосвященнейшего
Митрополита
Иоанна (Снычёва)
«Горница»
«Чадушки»
«Правило веры»
«Соборная
весть»|
|
Газета основана в апреле |
|||
| НАШИ ИЗДАНИЯ |
«Православный
Санкт-Петербург»
«Горница»
«Чадушки»
«Правило веры»
«Соборная
весть» |
|||
В
июле этого года прот.Евгений Шогенов отметил 25-летие своего служения в сане
пресвитера. Читатели и редакция газеты «Православный Санкт-Петербург» сердечно
поздравляют о.Евгения с этой замечательной датой и желают ему здоровья, душевных
и телесных сил и помощи Божией во всех его благих начинаниях!
По дорожкам Смоленского кладбища выходим к храму Смоленской иконы Божией Матери, и — вместо привычной, любимой картины, вместо голубых стен старинной петербургской церкви, перед нами глухой забор, аккуратно разложенные строительные материалы, деловитые рабочие в форменных комбинезонах… Что это? Ремонт? Реставрация?
— Сейчас у нас идёт реставрация фасада, — поясняет настоятель Смоленского храма прот.Евгений Шогенов. — Это, если хотите знать, знаменательное событие для нашего прихода: как выяснилось, фасад прославленной церкви не реставрировался уже 200 лет! И это в петербургском-то суровом климате, губительном для старинной лепнины, штукатурки, кирпича… Словом, задача перед нами стоит непростая: очень важно провести работы как можно добросовестней, слава храма к тому обязывает.
— Храм Смоленской иконы Божией Матери — один из самых намоленных храмов нашего города… А скажите, отец Евгений, вы чувствуете эту намоленность или разговоры о ней — это досужий вымысел, фантазии?
— Нет, конечно, это не вымысел, доля правды в таких разговорах есть. Если молитва в храме не прерывается в течение 200 лет, то это, конечно же, чувствуется. Но почувствовать эту намоленность можно лишь тогда, когда сам вливаешь свою молитву в общий двухсотлетний хор, когда эта молитва идёт от сердца. Хотя справедливости ради надо уточнить, что однажды молитва в Смоленской церкви всё-таки прерывалась: в 1940 году храм был закрыт. Но перерыв получился сравнительно небольшой — уже через семь лет власти вновь разрешили открыть его, и хотя церковь пустовала недолго, однако разорена она была начисто. Пришлось отстраивать её заново… В результате она приобрела совершенно особый внутренний облик — такой, какой можно видеть лишь в храмах, действовавших в советские годы. Сюда свозили иконы и церковную утварь из всех закрытых храмов Ленинграда; тогда у нас некоторое время хранилась и чудотворная Казанская икона Божией Матери, и Валаамская, и Скоропослушница, и многие другие городские святыни. От той эпохи в храме осталась только почитаемая верующими икона «Достойно есть», или «Милующая». С нетерпением жду того момента, когда на Большом проспекте В.О. вновь откроется церковь во имя этой иконы и мы сможем вернуть чудотворный образ в его родной дом.
Если же говорить о намоленности, то нельзя не вспомнить вот что: все долгие годы существования Смоленской церкви здесь молились святые люди — прославленные и непрославленные. В первую очередь это, конечно, блаженная Ксения, потом и другие блаженные, упокоившиеся на нашем кладбище… Здесь молились св.прав. Иоанн Кронштадтский, св.прп. Серафим Вырицкий, св.прмц. Мария Гатчинская, — да всех и не перечислишь! Не так-то много у нас храмов, где оставили бы свой духовный след такие высокие молитвенники! И даже если мы вспомним старцев нового времени, то в первую очередь можно упомянуть любимого православными архим. Павла (Груздева). Он очень почитал и блаженную Ксению, и особо — икону Божией Матери «Достойно есть», о которой я уже говорил, и часто приезжал в Ленинград, чтобы помолиться у нас. Об этом он даже стихи написал, заканчивающиеся четверостишием:
Дай, Господи, в райских селениях
Вечную радость Тебе и покой.
О нас помолися, блаженная Ксения,
И встречи на небе с Тобой удостой.
—
Всё-таки жалко, что многие люди, приходя на Смоленское кладбище, идут только к
часовне св.Ксении, а о самом храме как бы забывают…
— Как можно о нём забывать? Ведь и кладбище получило название по нашему храму, и даже речка, что протекает рядом, — когда-то она называлась Чёрной, а со временем стала Смоленкой… И потом если человек почитает Блаженную Ксению, то как же ему не прийти в храм, который был воздвигнут молитвами и трудами святой матушки? Но мы уверены: тех, кто приходит сюда только к часовне, со временем сама Ксения приведёт в храм, — это неизбежно. И как можно миновать такую нашу святыню, как Смоленская икона Божией Матери? Во все тяжёлые времена нашей Родины православные люди молились перед ней… А я бы хотел сказать и о другой Богородичной иконе — «Всех Скорбящих Радосте», — которую тоже очень любят наши прихожане: она была найдена в Воскресенском храме при реставрационных работах и поставлена в приделе Ксении Блаженной.
У нас также есть образ св. равноапостольной Нины. Эта икона была подарена храму настоятелем, казначеем и старостой храма Смоленской церкви в честь освобождения Ленинграда от блокады. Недавно у нас появилась новая святыня — частица мощей прп.Гавриила (Ургебадзе), это недавно прославленный грузинский святой, очень почитаемый среди всего народа. Есть у нас образ и св.мч.Уара, — образ старинный, но к нам он пришёл недавно: одна благочестивая семья из наших прихожан отреставрировала его и подарила храму. Вы знаете, что есть такая традиция — молиться о своих усопших сродниках мученику Уару. Мы этой традиции не противимся: молитва всегда на пользу.
— А что для вас лично особенно дорого в Смоленском храме?
— Для меня особенно дорого то, что через своё послушание настоятеля я соприкоснулся с самой историей, — историей не только этого храма, но и всей нашей Санкт-Петербургской епархии. И я очень трепетно отношусь к тому, что моими предшественниками были поистине великие служители Русской Православной Церкви. Некоторые из них пострадали за веру, и практически каждый переживал тяжёлые испытания… И более всего сердце волнует сознание того, что в этом храме похоронен первый его настоятель, прот.Георгий Петров (†1825 г.). В молодости он был полковым священником, участвовал в боевых действиях, после войны перебрался в столицу, где со временем был переведён на Смоленское кладбище, построил здесь каменный храм и стал его настоятелем. Кроме всего прочего, он был известен как человек, усердный на помощь нуждающимся. Его похоронили в крипте храма, но со временем могила его забылась, а после того как при ремонте пол крипты залили бетоном, определить место упокоения о.Георгия стало почти невозможно. Но я верю, что мы найдём эту могилу и воздадим должное славному батюшке. Кстати, фамилия о.Георгия была Петров — как и у святой Ксении! Но и у митрополита Гавриила, назначившего его здешним настоятелем, тоже была фамилия Петров. И жили они все в граде Петровом!
— Как продвигаются реставрационные работы? Тяжело, наверное?
— Работы дорогие… Нам приходится вести сбор средств одновременно с работами. Слава Богу, Господь не оставляет, и с Божией помощью, думаю, мы справимся. Вот что надо отметить: немалую лепту вложили в восстановление храма православные сербы. Оказывается, сербский народ очень почитает и блаженную Ксению, и тот храм, который она строила, поэтому сербы всего мира объединились и собирают деньги, помогают нам проводить ремонт. Не централизованно, не через консульство, а просто приезжают сербские паломники и привозят кто сколько собрал.
— Обычно, когда реставрируют старые здания — храмы или дворцы, — строители обязательно находят что-то необычное…
— Когда мы занялись восстановлением храма, то выявилось, как много элементов декора были замазаны многочисленными слоями краски вплоть до полного их исчезновения. Сейчас мы всё это расчищаем, и былая красота проявляется вновь. Ещё мы воочию увидели, что раньше храм был куда меньше, чем сейчас; теперь стало заметно, как пристраивались к нему придел за приделом, как он расширялся. Вот ещё одно открытие: оказывается, изначально храм был жёлтого цвета! Как говорят, в годы его строительства было не достать другой краски, поэтому все здания красили охрой. А были годы, когда Смоленская церковь была красной или, скорее, бордовой, и уже ближе к ХХ веку она стала такой, какой мы все её знаем, — голубой.
— И после завершения работ она останется голубой? Больше не будет менять цвет?
— Конечно, мы не поменяем привычного облика. К тому же следует помнить, что это Богородичный храм.
— Меня когда-то занимал такой вопрос — быть может, вам он покажется глупым… А можно ли найти в стенах храма ту самую кладку, которая составлена из камней, принесённых блаженной Ксенией?
— Да нет, конечно. Но мы точно знаем, что она поднимала камни на колокольню, и когда мы приводим туда паломников, мы обязательно указываем им, что на ступени этой колокольни поднималась сама Блаженная со своей нелёгкой ношей, и что именно в это здание вложен её труд.
Я бы хотел добавить ещё вот что… Со словом «кладбище» у нас обычно связана память о смерти, о скорби, о вечном покое… Но Смоленское кладбище, оно не такое. Здесь всегда кипит жизнь, здесь не угасает молитва, здесь всё живёт, всё полно духа.
И всё-таки Смоленский храм находится именно на кладбище, и поэтому у нас очень много внимания уделяется заупокойным службам. Это и ежедневные панихиды, и почти ежедневные отпевания… Очень часто, к сожалению, к нам привозят наших убиенных воинов с Донбасса. Мы устами и душой отпеваем их и, конечно же, делаем это безвозмездно — и хор, и клирики… У нас есть традиция: по пятницам вечером, если нет праздников, мы всегда поём заупокойную службу — можно прийти, подать на панихиду, помолиться за своих усопших. Сейчас появилась и такая возможность: кому трудно приехать сюда, тот может подать записку через интернет, онлайн. Многие этим пользуются, и мы не против, но, конечно, мы всегда призываем верующих лично приходить в храм, постоять со свечкой, помолиться вместе со всеми…
— Если кто-то из наших читателей захочет помочь в реставрации Смоленского храма, — что бы вы ему посоветовали?
— Лучшая помощь — помощь молитвой, — молитвой, идущей от сердца. Сегодня, восстанавливая стены храма, я неожиданно ярко почувствовал, как важно нам всем заняться восстановлением, освящением наших душ и сердец. Конечно, мы можем участвовать в реставрации церквей и своими руками, и своими трудами, и своими средствами — без этого тоже не обойтись. Но самое главное — воспитывать в себе отношение к этим храмам как к величайшей святыне, как к дому Божиему, как к самому главному месту в нашей жизни. Я даже позволю себе так сказать: мы можем от всего отказаться, всё отдать — лишь бы храм стоял. Если у нас будет такой настрой по жизни, если мы будем так относиться к храму, то Господь никогда нас не оставит, не отнимет от нас Своего благословения. Но, к сожалению, сегодня я вижу в людях охлаждение к делам духовным, сосредоточенность их на себе самих: каждый занимается устройством своей собственной жизни, своего быта, своего комфорта. Не потому ли так долго длятся и даже ширятся все те негативные события в нашем обществе, которые мы видим? Осознание того, что все мы стоим пред Богом, оно никак к нам не приходит. Это очень печально, и именно об этом должны быть все наши заботы: реставрируя храмы, реставрировать собственные души, испорченные равнодушием, себялюбием, грехом.
Вопросы задавал Алексей БАКУЛИН